Интервью с кипрской дрэг-квин Конни

Культура дрэг-квин — это форма художественного и сценического самовыражения, основанная на перевоплощении, гротеске и игре с образами. Дрэг — это перформанс: артист создает персонажа с помощью макияжа, костюма, пластики и актерской игры, чтобы рассказать историю, вызвать эмоцию или высмеять социальные стереотипы.

Дрэг не является сексуальной ориентацией. Быть дрэг-квин не значит быть геем. Среди дрэг-артистов есть геи, гетеросексуалы, бисексуалы и трансгендерные люди. Сексуальная ориентация отвечает на вопрос, кого человек любит, а дрэг — это ответ на вопрос, как он выражает себя в искусстве.

Дрэг также не равен трансгендерности и не связан с желанием сменить пол. Это сценический образ, который существует на публике, а не в повседневной жизни. В основе дрэг-культуры лежат творчество, свобода самовыражения и право быть разным, а не сексуальность.

Дрэг-квин Конни — альтер эго Константиноса. Константинос подчеркивает: дрэг — это не мужчины, переодевающиеся в женщин ради сексуального возбуждения. Это форма художественного самовыражения, экстравагантное шоу, требующее усилий, вдохновения, таланта и огромной внутренней силы.

Вы живете с родителями. Какие у вас с ними отношения?

— Очень хорошие. Настолько хорошие, насколько это вообще возможно.

Так было с самого начала?
— Когда родители узнали, что я гей, — моя сестра сказала им об этом — все стало очень плохо. В ту ночь, вернувшись домой и увидев, что дом буквально «разбит» эмоциями, я впервые испугался, что это конец. Хуже всего отреагировал отец, а мать, чтобы сохранить равновесие, последовала за ним. Но со временем все изменилось. Они поняли, что я тот же самый человек — их сын, которого они родили, любят, и им не нужно переживать за него и стыдиться его.

Когда вы поняли, кто вы, и приняли это?
— С самого начала. С раннего возраста я научился мыслить иначе, чем окружающие, и за это благодарен своей матери. Честно говоря, меня чаще дразнили за то, что я был самым маленьким в классе, чем за то, что я гей. В 14–15 лет, осознав себя, я подумал: «Ух ты, у меня есть то, чего нет у других». Я нашел то, что выделяет меня из толпы.

Вы хоть немного сожалеете о том, что открыто заявили о себе?
— Нет, ни капли. Если бы я этого не сделал, я бы всю жизнь ждал «идеального момента». А таких моментов не существует.

Когда разговор заходит о Конни, его лицо буквально озаряется. Он подробно анализирует каждый аспект её характера:

— Моя героиня — Конни. Я все еще работаю над ней. Но если бы мне нужно было ее описать, я бы сказал: она точно не вульгарная. В ней есть класс, романтика, элегантность. Она милая. Она не женщина — она девушка. Именно это ее отличает: сексуальность, проистекающая из невинности.

Сколько времени ушло на создание образа Конни?
— Я до сих пор над ней работаю. С первого дня я постепенно формирую ее характер, добавляя что-то от Константиноса, от моей матери и сестры. Мне часто говорят, что я похож на них в молодости: в одежде, манере движений, способе самовыражения.

Если бы вы могли на неделю стать женщиной, вы бы выбрали Конни?
— Да. Потому что Конни — это часть меня, дополненная женскими чертами, которыми я восхищаюсь. Она дает мне возможность делать то, что «не разрешено» Константиносу — во внешности, в поведении.

Вы любите каблуки?
— Сейчас я хожу на них лучше, чем в кроссовках. Но раньше было очень тяжело. Впервые я надел каблуки для танцевального спектакля в театре — там пришлось серьезно тренироваться. Теперь подруги просят меня научить их ходить на каблуках.

Вы говорите, что Конни придает вам силы. Почему?
— Потому что я чувствую растерянность других людей. Их неспособность принять меня. И в этот момент у меня появляется преимущество. Я отдал Конни все то, чего мне не хватает как Константиносу, чтобы быть тем, кем я хотел бы быть.

Случалось ли, что мужчина флиртовал с вами, приняв за женщину?
— Да, в клубе, где было темно. Это длилось недолго. Потом я говорил правду. Сначала они смущались, но все заканчивалось шуткой. Никто не реагировал агрессивно. Часто мужчины говорят, что в такой ситуации «дали бы по морде», но на деле продолжают флиртовать.

Бывали случаи, когда флирт продолжался и после того, как они узнавали правду?
— Да. Мы могли танцевать, он покупал мне напиток и уходил. Но я бы не хотел, чтобы кто-то оставался со мной только ради Конни.

А могли бы вы завести романтические отношения как Конни?
— Возможно, ради опыта. Один раз — да.

Вас не пугает, что вас могут назвать трансвеститом или обвинить в измене себе?
— Я это слышал. Люди просто не знают, что такое дрэг. Именно поэтому это интервью важно.

Что такое дрэг?
— Это надеть платье, нанести макияж и стать богиней. Это трансформация. Это не для сексуального возбуждения. Кроссдрессинг — другое. Дрэг — это искусство.

Как вы используете дрэг?
— Я выражаю через него свою женственность. У меня женский способ мышления, общения, организации.

Вас возбуждает процесс перевоплощения?
— Лично меня — да. Но это происходит не всегда.

Что самое сложное в профессии дрэг-квин?
— Доехать до места выступления на каблуках. Это действительно больно.

Почему на Кипре так мало дрэг-шоу?
— Потому что для этого нужна смелость. Это не просто роль. Это обнажение сути.

Какую роль играет сексуальность в дрэге?
— Она помогает раскрыть то, что есть в каждом из нас. Просто не все это принимают.

Вы не боитесь, что Конни вытеснит Константиноса?
— Если бы я делал это каждый день — да. Тогда граница стерлась бы.

Чего вы боитесь больше всего?
— Отвержения. Не Конни, а самого дрэга.

Вы готовы к агрессии?
— К словам — да. К физическому насилию — не уверен.

Фраза «у меня нет проблем с геями, если они не провоцируют» — что вы о ней думаете?
— Это насмешка. «Провоцирует» — значит вызывает чувства, с которыми человек не справляется.

О чем вы мечтаете?
— Как актер — быть услышанным.

Вы счастливы?
— Да. И это дает мне силы идти дальше.

Источник: city.sigmalive.com