Национализм и ксенофобия на Кипре. Часть вторая

Национализм и ксенофобия на Кипре. Часть вторая

Окончание. Начало здесь.

Из антропологического интереса я опросила своих друзей и знакомых — иностранцев (не только русских), которые живут на Кипре 5, 10, 20, 30 лет, о том, как они себя тут чувствуют. Мне было интересно, сталкивались ли они когда-либо с ненавистью к себе на национальной почве. Приходилось ли им чувствовать себя «неполноценными», попадали ли в неприятности лишь потому, что являются иностранцами.

Надо сказать, большая часть ответов была предсказуемой.

Мои знакомые в подавляющем большинстве — это образованный средний класс и выше. Многие приехали сюда по работе, кто-то — по браку, кто-то — купив недвижимость.

Чем выше социальный статус респондентов, тем меньше проблем у них возникало и возникает при социализации, поиске работы, жилья, при решении тех или иных вопросов. Обычно с ними все милы, любезны, вежливы и во всем стремятся им помочь.

Мы, россияне и прочий СНГ, а также британцы, немцы, французы, американцы, скандинавы и т. п., относимся к условным «иностранцам первого класса». В целом отношение к нам доброе и приветливое — как-никак туристы, инвесторы и бизнесмены везут на остров деньги, и немалые.

Однако мой круг общения не ограничивается русскоязычными. Среди моих знакомых и друзей — англичане, немцы, французы, итальянцы, арабы, индийцы, латиноамериканцы и многие другие. 

Сегодня я расскажу истории людей, которые в глазах местных жителей выглядят как прислуга, — и отношение к ним соответствующее.

Изабелла

В далекой стране Бразилии есть довольно большая японская диаспора, образовавшаяся во время Второй мировой. Наши ровесники — это потомки тех людей, бразильцы в третьем-четвертом поколении. 

Brazil, Buildings, City, Cityscape, Clouds, Sao Paulo

Они этнические японцы, по праву считающие себя бразильцами и говорящие на бразильском диалекте португальского. При этом они, конечно, имеют азиатскую внешность. В Бразилии нет дискриминации — страну населяют как потомки коренного населения, индейцев, так и потомки португальцев, испанцев, африканцев, немцев, арабов, славян и многих других народов. И выходцам из этого «плавильного котла» трудно представить, что где-то это не так. 

Моя знакомая Изабелла — бразильская японка.

У нее высшее медицинское образование, а в США она защитила докторскую диссертацию по философии. Там же она и познакомилась со своим будущим мужем — киприотом, который также получал второе высшее в Америке. Около 15 лет назад они вместе приехали на Кипр. 

Миниатюрная Изабелла, обладающая азиатской внешностью, прошла на райском острове все круги ада.

На Кипре ее принимают за домработницу-филиппинку и ежедневно, иногда несколько раз в день, она попадает в нелепые ситуации, унижающие человеческое достоинство.

Girl, Vietnam, Female, Asian, People, Lifestyle, Young

Изабелла покупает дорогую одежду, обувь, брендовые сумки. Она выглядит очень элегантно. 

Но на Кипре встречают даже не «по одежке», а по внешности.

Случай в банке

Изабелла приезжает в свое отделение банка на дорогой машине, паркуется, заходит в здание, подходит к служащей и на прекрасном правильном английском говорит, что хочет открыть счет.

— Позови свою мадам, — слышит она в ответ.

— У меня нет мадам, я хочу открыть счет.

— Ты не можешь сама открыть счет. Нужно, чтобы пришла твоя мадам с документами.

И так до бесконечности...

Изабелле постоянно, на каждом шагу приходится доказывать, что она — профессор университета, состоятельная женщина, имеющая паспорта Бразилии и Кипра. 

Вся ее жизнь здесь — борьба, которую нам, людям европейской внешности, никогда до конца не понять и не прочувствовать. 

Случай с мебелью

Однажды Изабелла купила новую дорогую итальянскую мебель — стильные диваны Ligne Roset. Их привезли к ней домой грузчики-киприоты. 

Изабелла открыла им дверь, показала, куда поставить мебель. Она отворачивает упаковку, прикасается рукой к приятной бархатистой поверхности.

Грузчики ей: «Слышь ты, ничего не трогай руками и позови свою мадам, чтобы расписалась».

Couch, Sofa, Furniture, Furniture Pieces, Relax

И много-много случаев в магазинах, супермаркетах и ресторанах

У Изабеллы двое детей. Няня ее детей — бразильянка европейской внешности, высокая рыжеволосая девушка. Изабелла специально искала бразильянку — дети учатся в английской школе, отец-киприот и его родственники говорят с детьми по-гречески, а Изабелла очень хочет, чтобы у них сохранился ее родной язык — португальский.

На детских площадках, в супермаркете, в детской больнице, в ресторанах люди разговаривают с няней, принимая ее за «хозяйку ситуации», а Изабеллу — за домработницу. Официант приносит счет и подает его няне. Педиатры расспрашивают няню о симптомах, с недоумением глядя на пытающуюся им что-то объяснить Изабеллу и просто игнорируя ответы «наглой азиатки».

Мамы на детских площадках мило щебечут по-английски с няней, а подошедшей к ним Изабелле могут сказать: «Подними игрушку моего ребенка и сходи помой ее в туалете, да побыстрее».

Немудрено, что Изабелла ненавидит Кипр всей душой и мечтает поскорее отсюда уехать. И непременно сделает это, как только подрастут дети.

Джон

Вторая история — о преподавателе-индийце, который, являясь одним из выдающихся специалистов по информационным технологиям, принял предложение кипрского университета и переехал на Кипр с семьей по рабочему контракту.

Джон и его жена Алиша постоянно сталкиваются примерно с тем же отношением, которое так обижает Изабеллу.

Несмотря на то что мой знакомый ездит на дорогой машине, говорит на оксфордском английском, всегда ходит в выглаженных сорочках и очках в тонкой золотой оправе, безупречно вежлив и обладает прекрасными манерами, ему тоже постоянно тыкают, называют «эй, май френд, а ну, уйди с дороги», если он стоит перед витриной магазина, панибратски хлопают по плечу. В лучшем случае его принимают за водителя какого-то важного лица. 

В разных присутственных местах отвечают на его вежливое: «Добрый день, мэм, не будете ли вы так любезны…» — «Чего надо? Выйти аут и ждать в коридоре». «Что, простите, мэм?» — «Аут!!!»

Джон старается все свои вопросы решать онлайн, чтобы как можно реже контактировать с местным населением, которое видит в нем «еще одного черномазого, сидящего на нашей шее».

Джон и его семья прожили на Кипре несколько лет. За это время им довелось повидать многое.

Их дети учатся в английской школе, атмосфера там интернациональная: дети дипломатов и бизнесменов из разных стран мира. 

В школе все отлично, и Джон с женой отдыхают душой, общаясь с родителями одноклассников — интересными, много путешествующими людьми, которых не волнует внешность, цвет кожи и расовая принадлежность собеседника. Но стоит выйти за порог рафинированного сообщества crème de la crème, как их вновь затягивает в водоворот дискриминации, унижений и предубеждений кипрской реальности. 

Teacher, Child, Concept, Kindergarten, Nanny, Children

Однажды жена Джона, которая иногда по настроению носит сари, зашла в магазин косметики и попросила показать ей новые духи Escada — летнюю лимитированную коллекцию. На это она получила такой ответ: «Это слишком дорого для тебя».

Алиша раньше жила в Англии, Франции, Мексике и еще нескольких странах, но нигде никогда в жизни с таким отношением к себе не сталкивалась. Оторопев от неожиданности, она вдруг начала оправдываться перед снисходительно глядевшей на нее девушкой-продавцом:

— У меня есть деньги! Я могу это купить! — но тут у нее задрожали губы, и, разрыдавшись, она выбежала из магазина. Надо ли говорить, что с этого дня Алиша тоже перешла на заказы онлайн, чтобы по максимуму оградить себя от травмирующих ситуаций.

Sari, Phone, Sms, At The Court Of, Colorful, Nature

Все меняется в дорогих ресторанах и отелях, куда они иногда ездят на выходных, — люди к ним вежливы, милы и любезны, но наступает понедельник, и все возвращается на круги своя. 

Последней каплей в чаше терпения Джона стал случай на заправке. Джон вышел из своей машины и пошел к терминалу, когда у него зазвонил телефон. 

Он остановился, чтобы ответить на звонок. Тут к нему подходит местный житель, хлопает по плечу и говорит: «Слушай, черныш, долго ты еще будешь трепаться? Давай, закругляйся, я жду, заправляй мою машину, мне надо ехать».

Джон приехал на работу и написал заявление об увольнении. 

На словах он сказал своему начальству: «Никакие, слышите, никакие деньги не стоят такого унижения». 

Сейчас они живут в Германии. Джона там никто не называет «чернышом» и не приказывает ему ждать «аут», а Алиша может с утра до ночи ходить по магазинам — от посудных до Tiffany, и никто не скажет ей: «Это для тебя слишком дорого, знай свое место, прислуга».

Почему так происходит?

Киприотов в их отношении к жителям стран третьего мира иногда сравнивают с арабами. Как известно, в богатых странах Персидского залива существует еще большее расслоение: местные либо вообще не работают, либо занимают руководящие ключевые должности, на деле — повелевают всеми остальными.

Там еще сильнее чувствуется разделение иностранцев на людей «разного сорта»: от уважаемых приглашенных специалистов англичан, немцев, американцев, канадцев до несчастных индийцев, азиатов и арабов из бедных стран, которые работают на стройках, фермах, заправках, выполняют самую тяжелую, грязную и низкооплачиваемую работу. Десятилетний ребенок считает возможным помыкать домработницей: «Сгоняй на кухню, принеси мне яблоко!!! Я хочу пить, принеси мне воды!»

Первые домработницы-филиппинки и ланкийки появились на Кипре около 30 лет назад. Выросло уже целое поколение людей, которые считают нормальным помыкать другими людьми и считать, что люди из бедных стран — «второй сорт» и рождены, чтобы обслуживать белых господ. 

На Кипре остро стоит проблема мигрантов, в том числе нелегальных. В настоящее время только легальные мигранты составляют 3,8% населения Кипра — это более 30 000 человек, целый город вроде Пафоса.

Да, действительно, бегут большей частью молодые мужчины, экономические мигранты — это в подавляющем большинстве молодые мужчины. Им проще выжить, добраться до земли обетованной, каковой им представляется Европа и весь западный мир, найти работу и помочь своей семье.

Подавляющее большинство из нас никогда не сталкивалось с подобным и даже не представляет себе уровень нищеты, человеческого несчастья и отчаяния, в котором живет, пожалуй, 80–85% населения Земли, — мы с вами относимся к счастливчикам, «золотому миллиарду».

Давайте всегда помнить лишь одну простую вещь: все, что отделяет «классных и успешных» нас от «ужасных» них, — это удача.

Нам повезло. Им повезло меньше. Тем, кто утонул, попал в руки мафии, сгинул в пути, — что тут говорить…

На деньги, которые зарабатывает доставщик пиццы, который каждый день по 10–12 часов на чахлом мотоцикле развозит нам с вами заказы под палящим солнцем, ежеминутно рискуя быть сбитым «хозяевами жизни» на джипах, — а это, напомню, 5 евро в час — живет его огромная бедная семья где-нибудь в Индии, Афганистане или Непале.

На эти деньги его младшему брату купят обувь, и он больше не будет ходить босиком по камням и колючкам, а маленькая сестра не будет вынуждена бросить школу в десять лет, чтобы плести ковры за несколько центов в день, и ее не выдадут замуж в 12 лет, чтобы избавиться от «лишнего рта».

Давайте будем добрее и терпимее друг к другу.

Неважно, во что вы верите: как пел Высоцкий, «кто верит в Магомета, кто — в Аллаха, кто — в Иисуса, Кто ни во что не верит — даже в черта, назло всем», карму, Будду, веды, астрологию или Тора с Одином — или просто являетесь атеистом и агностиком, независимо от того, какое у вас образование, уровень достатка и жизненные ценности — просто давайте быть добрее друг к другу и уважать право других людей на место под солнцем.

Как, например, эти девушки, организовавшие воскресную школу для маленьких беженцев и посвящающие свое свободное время общению и занятиям с детьми в центре приема беженцев в Кофину. 

Национализм и ксенофобия на Кипре. Часть вторая : фото 7

Это больше, чем просто рисунки, разучивание песенок и английских слов. Это уроки человечности.

Ключ к более счастливому, правильному и справедливому будущему лежит в образовании, улучшении условий жизни ⅘ населения земного шара. Когда у людей будет работа, дом и уверенность в завтрашнем дне, они не будут плыть, бежать и ползти через пустыни в поисках лучшего будущего на чужбине.

Национализм и ксенофобия на Кипре. Часть вторая : фото 8

Национализм и ксенофобия на Кипре. Часть вторая : фото 9

Если вы устали от плохих новостей, если вам надоело видеть беженцев на улицах ваших городов, спросите себя: «А что сделал я, чтобы этого не было?»

Сдвиги не произойдут за год, два или даже пять лет. На это потребуется время и усилия — в том числе на уровне сознания, толерантности и принятия.

И вложения — наши, как людей, которым повезло в жизни чуть больше и долг которых делиться с теми, кому повезло меньше.

«Я плачу налоги, почему я должен делать еще что-то для этих нахлебников?» Налоги тратятся в первую очередь на поддержание структуры государства: здравоохранение, образование, госбезопасность, инфраструктуру (дороги и т. п.). Если вы хотите, чтобы процесс пошел быстрее, делайте что-то, что в ваших силах.

Есть такая пословица:

Хочешь помочь голодному — дай ему не рыбу, а удочку. 

Давайте дадим этим людям «удочку» в виде образования для них и их детей, хотя бы поддерживая воскресную школу для детей беженцев на Кипре.

Страница школы

Мира, добра и терпимости всем нам!

Cloud, Heart, Love, Romance, Romantic, Dream, Lovers

Понравилась публикация?

Поделиться публикацией

Комментарии

Читайте ещё по теме

Следы белогвардейцев на Кипре
Следы белогвардейцев на Кипре
Пиф-паф! Ой-ой-ой! Ежегодно на Кипре убивают 60 тысяч зайцев
Пиф-паф! Ой-ой-ой! Ежегодно на Кипре убивают 60 тысяч зайцев
Часовня Святого Иоанна Русского в кипрской деревушке Вуни
Часовня Святого Иоанна Русского в кипрской деревушке Вуни
Учимся распознавать самых опасных рептилий на Кипре!
Учимся распознавать самых опасных рептилий на Кипре!
Тяп-ляп – и новогоднее настроение готово!
Тяп-ляп – и новогоднее настроение готово!